Комментарии

Наденька

Украинская летчица Надежда Савченко пытала людей, когда служила на Донбассе. Об этом заявил бывший мэр Ужгорода Сергей Ратушняк на своей странице в Facebook.
По его словам, он лично беседовал с жертвами пыток украинки.
«Я лично разговаривал с учителем и священником, которые чудом выжили после изуверств, истязаний и пыток новой „майданной“ героини Савченко. Вот их слова: „Она не била, она просто калечила и убивала. Связанных по рукам и ногам била трубой, отбивала гениталии, тушила сигареты в живых глазах. Постоянно орала: “Давай продадим на органы, как тех, или расстреляем», – написал он.
Виктор Буряков. Рассказы.1981-1987 гг. ТРОФЕЙНЫЙ НОЖ
В деревне Серегу Зубкова уважали. Нет, не за кузнечные работы. Вот до него был кузнец, он недавно уехал к детям в город, так это был кузнец! Серега же славился больше тем, что свиней хорошо забивал и их разделывал.
Подойдет аккуратно, чтобы не спугнуть, к свинье или бо¬рову, глазенки-то у них округляются, зло так похрюкивают, могут запросто кинуться и порвать того, кто неосторожен. А он ласково так почешет по затылку, потом по шее трофейным ножом и рраз… готово дело, берет лампу паяльную самодель¬ную, с большим бачком отдельным для бензина, и начнет шуровать.
Таким образом он мог за выходной день, или когда его заведующий мастерской отпустит, двора два пройти. Но зато сало пахнет — оближешься! Не сравнишь, даже если соломой обработать. Те дети, которые по городам учатся и матери им посылки собирают, так потом в письме пишут: «Это дяди Се¬режи Зубкова работа? Узнаем, передайте ему привет”. И пе¬редавали, хвалили, показывали письма.
И он это принимал как должное. Мол, в каждом деле дол¬жен быть свой специалист, и был, конечно, прав.
А еще мужики побаивались его из-за этого ножа. Вечно его за голенищем держал. Правда, предупреждали, что это мо¬жет плохо кончиться для него, но он только посмеивался.
— Меня за ношение холодного оружия? Да я на фронте сам из-за него в разведке пострадал, когда с голыми руками на немца шел.
Ну шел не шел, а это был непорядок. И даже когда за голенищем ножа не было, а по пьянке до кого-нибудь при¬ставал и вот-вот должен по морде схлопотать, совал руку в сапог и… от него отходили.
Пробовали этот нож, а он с добрый штык был, поломать. Подпоили Серегу в кузне, уложили на верстаке, разожгли по-тухший горн и, как ни бились со сталью, ни огню, ни зубилу тот не поддавался. И вгорячах нож забросили за бороны, ко¬торые Зубков к весне готовил.
Он долго потом переживал и обливался горючими слезами, наверное, обида вместе с водкой выходила.
Резать свиней он категорически отказался, и когда жены мужиков допилили до крайности, они пришли к нему и по¬казали, куда забросили. И строго предупредили, чтоб послед¬ний раз не по делу за него не хватался.
Жена, конечно, тоже вся испереживалась, хоть и дурной по пьянке, а все-таки свой мужик-то. Но Серега и сам понял, что так можно до нехорошего дошутиться. И стал он просить жену-сердечницу, это точно, от него вся издерганная, чтоб нож подальше убирала. Да каждый раз в другое место, чтоб не подглядел случаем и не нашел.
Все так и было до последнего момента, суббота шла на исход, у Сереги настроение на высшем уровне, кувалда в руках так и играет. Он с помощником оттягивал зубья для борон. И те только отскакивали в угол за наковальню. А слесарь из глухонемых, такой приятный парнишечка, безобидный, откру¬чивал истертые о землю зубья, бросал их и ставил обновлен¬ные. Так у них все споро и получалось.
»Какой-то круговорот", — весело подметил про себя Серега, потому как, хоть руки и в работе были, а голова, привыкшая к ней, четко самостоятельно работала. Передохнули, когда сильно подустали, сальце, завернутое в бумажку, и сухари за¬валявшиеся из шкафчика достали, перекусили, потому как до конца работы еще два часа, а желудок свое требует, обед есть обед.
Пригласил Серега по душевности своей и немого Алексея, но тот покрутил башкой светловолосой и отказался.
— Как хочешь, — умиротворенно сказал Серега.
Тот вопросительно следил за его губами. Тогда Серега по-казал на кусок сала, на рот и развел руками, мол, не хочешь — не надо. Лешка покачал головой, все понял.
В кузне жарко, огонь потрескивал в горне, уголек только подсыпай, заревом так и играет на закопченных железных станках. Тепло, светло и на душе приятно.
А тут заведующий мастерской, Серегин начальник, зашел с управляющим. И строго так на Зубкова:
— Закусываем. Опять винцо в рабочее время попиваешь?
И в шкафчик заглянул. Но там пусто, только стаканчик на
верхней полке с остатками вина, кто-то из трактористов, вид¬но, брал да не помыл.
— А ты не грози, — взъерошился Серега, прожевав сало.
— Не поймал за руку, не пугай. Вишь, обедаю.
Но заведующий рассмеялся и управляющему подмигнул:
— Обижается, непьющий, — и спокойно так на Зубкова.
— Еще раз увижу, на товарищеский суд. Хватит. Работничек ты не аховый, и ребята на тебя обижаются, плохо свою работу делаешь.
— А ты что авторитет себе завоевываешь? — Не выдержал напрасных оскорблений Зубков. — Да они похлеще меня вод- ку-то жрут.
Ему стало не по себе, и он расшумелся, разошелся, вспом¬нил одного, другого.
Но это, конечно, зря так делал. Пока вопрос шел только о нем и нечего было на других валить. Но обида брала свое.
— Ладно, успокойся, — махнул на него заведующий и объ-яснил, с чем пришел.
Оказывается, по его душу, по его золотые рученьки. Тут Серега повеселел и даже подумал, что на заведующего оби¬жаться нечего, их тоже за них гоняют и втык дают на нарядах, а значит, полное равновесие и должно быть между ними.
Короче, яснее быть не могло. На полузабытом отделении, где от деревни Малаховки осталось живых два дома, бабонька Анастасия Заверняева просила заколоть поросенка и разделать его как полагается. Ясно, что без Сереги Зубкова там не обой¬тись.
Единственное, что попросил Серега, так это выделить ему в помощники Алексея и, чтобы не путаться с трактористом, лошадь с санями. Это Серега с дальним прицелом, чтобы на обратном пути сенца надергать из стога на краю поля, под Малаховской, куда они и держали путь.
Дорогу здесь не чистили, и легкие сани кидало из стороны в сторону на неровностях.
Серега представлял, как он скоро обделает все дела, вы-просит у хозяюшки свиную голову и жена наварит холодца. А еще он возьмет у зоотехника пару говяжьих ножек для скрепления и все будет на высшем уровне.
Зубков подстегнул вожжой лошадь и та погнала, насколько позволяла дорога. А навстречу из-под бугра на санях, лошадью запряженных, вынырнул сосед пенсионер Кузьма Кондратьич
Евтеев. Остановились рядышком, объяснились, кто куда путь держит, и дальше тронули.
«Ох и хитер Кузьма, — подумал Зубков. — На пенсии, а бычара здоровый, меня еще два раза переживет. В войну бри¬гадиром в деревне оттарабанил и теперь недурно ему живется».
А личность Кузьмы Кондратьевича Евтеева очень даже ин-тересная для воспоминаний. Историй водилось за ним уйма. Это сейчас все поутихло, а тогда обиженных ох как много на него было.
Практичностью большой славился. На телеге с собой всегда инструмент плотницкий возил, топор остро поточенный, пи-лу-ножовку, клещи. У какой бабенки увидит бревно лежит, помощи не просит, погрузит, та кинется отбирать, да разве с мужиком здоровым, хоть и хромым, сладишь, на ферму, шу¬мит, отвезу, вся обвалилась, будем ремонтировать. У кого ка¬мень, заготовленный перед войной для постройки дома, забе¬рет. Все к себе волок, сам себе власть был в Малаховке. А потом, когда мужики с фронта пришли, то так ему подвалили, что с месяц из больницы не вылазил. Долго потом мужиков таскали за самоуправство. А ему хоть бы что.
— Вы, — говорит, — власть не замайте, права на то не имеете. Это он на суде так выступал, куда его в свидетели вызывали. А только один так ему сказал:
— Ты не власть, а дерьмо. А властью нашей прикрывался, чтоб баб наших обижать.
Усмехнулся Серега, когда эти слова вспомнил, да на лошадь прикрикнул, а та что-то задремала. Ничего, отбарабанил он свое, от звонка до звонка, и за себя и за остальных, потому как себя главным виновником объявил.
«О чем же это интересно немой думает?» — заволновался почему-то Серега. — Надо же, мать нормально говорит, стар¬ший брат совсем хорошо, а самый младший из троих ребят совсем плохо, видно, в отца пошел".
И покачал головой, в душе ученых ругая, что мало внима¬ния такой болезни уделяют. Вытащил нож и дал Алексею по¬смотреть. Тот расцвел. Покачал головой и стал пальцем изме¬рять длину, и попросил руками объяснить, как он у немца его отобрал.
Серега бросил вожжи, лошадь пошла еще медленнее, напру¬жинился, сделал зверское лицо, прыгнул на Лешку и крепко ухватил за горло. Потом для приличия подержался и отпустил, свесил голову на бок. Лешка заулыбался, уважительно похлопал Серегу по плечу, мол, молодец и за это тебя уважаю. И попросил на пальцах, чтобы и ему такой же сделать из клапана двигателя. Серега сморщился и стал разубеждать его:
— Не, не пойдет, — говорил он с расстановкой, вырази-тельно шевеля губами. — Надо из пилы, а лучше из нержа¬вейки. Ничего, сделаем!
Алексей уважительно протянул руку и крепко пожал, да так, что Серега с непривычки сморщился, а тот загрохотал и согнул руку в локте, показал на бугор под фуфайкой.
«С таким свяжись, — подумал Серега, — Так гвозданет, что не успеешь до шеи дотянуться!
И еще подумал, как же он таких здоровяков-немцев на фронте запросто укладывал. Может, молодости да злости вдо-воль было? Кто знает, где все осталось, за каким поворотом, только дурь не выветривалась. Они проехали порядка десяти километров, оставалось еще пять, как увидели лосенка с ма-машей у стога сена. Те, заметив посторонних, красиво ушли в сторонку, к ближнему лесу.
Алексей радовался, шумел, размахивая руками, захватывал снег и наспех слепленными снежками бросал в их сторону, хотя они ушли на приличное расстояние.
— Ну и развелось, — почему-то запсиховал Зубков. — Все яблони в совхозном саду поободрали, голенькие стоят, как будто так и надо, развели такую пропасть, а стрелять не смей.
Конечно, Серега понимал, что он рассуждает так зря, лосей отстреливали по лицензии, но за ней ехать надо в район, а все было некогда, и ружье висело в доме без толку.
А причина неожиданной злости была одна зряшная при¬дирка заведующего.
— Привыкли мерить всех на одну колодку, и один разговор: пьяница да пьяница. Чуть какую премию заработал, сразу не отдадут. За месяц где заметили — лишить.
»Ну и черт с вами, — подзадоривал себя Зубков, раздувая душе бурю. — Только кто за нас работает?”
Хоть и к алкашам Серега себя не причислял, но и к трез-венникам не приписывался. В середине между всеми как-то спокойнее себя чувствовал.
Прибыли в Малаховку, а старушки заждались и все пере-волновались.
— Думали, завтра приедешь, а мы уже тут все приготовили, Сережа, — засуетилась та, которая постарше, Анастасия, по-могая с саней снимать поклажу.
— А это чей сынок, никак Нинки Абрамовой?
— Точно, ее.
— Ох, как вырос.
— Вырос, вырос, еще поживешь здесь годка два, совсем никого не узнаешь.
— А куда поедешь от своего дома? Вот так вот всю зиму и ходим друг к другу в гости.
Вдвоем коротать годочки остальные веселее. Вишь, дома-то построили, денежки вогнали, ведь не думали, что мы с Кате¬риной и останемся. Хлебушек Кузьма возит, ну ладно, что ни попросим, все купит.
— Задаривает вас, на старости лет грехи искупает.
— А что старое вспоминать. Грехов-то за каждым воз тя-нется. Власть, она кого хошь испортит. Хоть и тебя началь-ником поставь.
— Это так, — согласился Серега. И поторопил: — Давай, Настюшка, делом заниматься, некогда мне тары-бары разво-дить. Темнеет быстро, надо и домой засветло вернуться.
Бабоньки забегали, засуетились, воду поставили в ведрах на печку греть. Серега инструмент приготовил, подкачал в бачок воздуха, чтоб давление на уровне держалось, лампу паяльную просмотрел и за дело принялся.
Увидел свинью в закутке, Анастасией выращенную да вы-кормленную, и язычком поцокал, восхитился.
— Что, — засмеялась она, за Серегой наблюдая, — понра-вилась?
— Давненько таких не бивал, в основном так, мелочь, все спешат на продажу да новых набрать. А у тебя красавица. За ней и гоняться не надо. Вот оно, чудо природы, стоит на месте и ждет, когда ее осчастливят.
Не успела Анастасия предупредить, что смирная она е виду, а так дюже боевая, свинья рванулась через открытую дверку загона, нырнула между ног Зубкова, пронесла его на большой скорости по двору и, словно лихая лошадь, сбросила в снег.
Серега обозлился и пошел на нее, словно урка, с ножом. Свинья подумала и опять пошла на таран, слегка увязая в обмякшем от яркого солнца снегу. Но Зубков увернулся, и она по инерции проскочила в сарай.
Вспотевший Серега закрыл ее на крючок и тяжело дьццал. Лешка носил воду из колодца и всего этого не видел, поэтому удивился, что Зубков злой, как черт, и ищет железку потяже¬лее.
— Будем убивать, как врага народа, — торжественно объ¬явил Зубков хозяйке. — Сперва оглушим, то есть введем обез-боливающий укол, а затем ножичком.
И ласково провел пальцем по острию ножа.
Серега завелся, и Анастасия понимала, что не уймется, пока не сделает то, зачем приехал и что она просила, а потому ушла в дом, потому как боялась всевозможного визга. Так или иначе, а свинью жалко, свыклась с ней.
Немой рассоветовал Сереге связываться с железкой, пока¬зывая опять на свои мускулы, попросил нож и показал на паяльную лампу, мол, разводи, дорогой и не переживай.
Серега подумал и согласился, кто ни забьет, а нож его и приглашали его, значит, и с головой свиной вопрос решен.
Свинью Лешка зарезал красиво и без лишнего шума. Когда кровь истекла, вытащили за ноги на снежок и принялись за дело.
Видно, немому нож Сереги пришелся по душе, и он Не расставался с ним. Пришлось Зубкову взять другой нож, са-модельный, по размеру не меньше трофейного.
Когда свинью осмолили, она выглядела не так жалостлияо, а приняла южный загар, появилась Анастасия и предложила по рюмочке.
— Кончай, — замахал Зубков, не соблазняй, а то рука будет дрожать. И закинул вопрос, давно надуманный.
— Головой-то выручишь, сынка из армии на побывку со дня на день ждем?!
— Что ж, возьми, раз надо, — вздохнула Анастасия. — А нам с Екатериной и второй хватит. Ты через недельку заскочи, и другую поможешь забить. Наши руки женские на это не¬годны. Не обмани, приезжай. Так управляющему и передай, вот тебе кусок мяса от Настасьи и отпусти к ней другого поросенка забить.
— Да отпустит, — засмеялся Зубков, — у меня, правда, другой начальник, но они промеж себя никуда не денутся, договорятся.
— Ну и хорошо, раз так, — успокоилась она и слила из ведра воды на руки Сергею. — А Коля-то, он уважи¬тельный человек, жаль, правда, что здесь не живет. Как уехал с нашего отделения в центр, так и потянулись за ним, кто куда. А что, раз начальник здесь не живет, глаза хозяйского нет, просить о помощи чижало, да и некого. Когда это он заедет.
— Э-э, Настасья, и ты запереживала, — покачал головой Серега, вытирая руки расшитым полотенцем. — Помнишь, когда я говорил твоему, зачем строишься впустую, деньги тра¬тишь и силу свою вгоняешь. А он все распинался, мол, сопляк, и ничего не понимаешь. Дети в родное гнездо прилетать будут. И что толку над этим домом надрывался. А у меня, пожалуй¬ста, в центре на видном месте, у реки, садику моему лет пят¬надцать, красота. И дорогу скоро к асфальту протянут, ще¬бенку уже завозят. Нужда будет у деток на родные отцовские места посмотреть, авось, Малаховка рядом, доскачут.
— Ну и живи, — обозлилась за своего мужика Анастасия, забирая у Сереги полотенце. — Как был ты шалопутный, так и остался. — И пошла вся разобиженная в дом.
— Тьфу ты, черт, — заругался на себя Зубков. — Вечно со своим языком лезу невпопад.
И принялся разделывать свинью. Широкие тяжелые ленты сала он подавал на руки Алексею и тот осторожно переносил их в дом на деревянный самодельный стол, застеленный кле¬енкой.
Когда Серега последний кусок занес сам в дом, пахло све-жевареным мясом и печенкой. Анастасия уже не обижалась на Серегу, повеселела, потому как понимала, что в жизни некого винить, кроме как себя, и в придачу к голове отрезала

им с Алексеем по доброму куску мяса, отдельно завернула управляющему.
— От задка, все-таки родственник, пояснила она, словно извиняясь перед Серегой. — Если что не так — не обессудь.
— Себе-то хоть прибереги, — тихо сказал Зубков. — О себе подумай, что о людях-то думать. У него своего, небось, вдо-воль, а ты его ублажаешь.
— Ладно, не твое дело, — оборвала Анастасия. — Бери, укла¬дывай в сани да заходите на печенку, сейчас дойдет в самый раз.
Пошел день на закат, темнело. Пока в запасе было время немного. Сергей пригласил Алексея по деревне своей родной пройтись, на свой дом посмотреть, бывший отцовский.
Ничего, конечно, от этого дома не осталось, так себе, стены каменные покосившиеся да крыша полуразрушенная.
Особой печали, конечно, не было, к новому месту давно привык, да и наведывался почти каждую весну и каждую осень, огород для своих нужд использовал. Наезжали сюда на летние месяцы отдохнуть на свежем воздухе кое-какие родственники в те дома, какие покрепче остались. Вот она вся деревня — прудок небольшой, водокачка, подстанция электрическая, погреба обвалившиеся.
И подумал Серега Зубков пятидесяти с лишком лет, образование незаконченное неполное среднее, что если бы открыли здесь по-но- вой школу для детишек, да магазин по-новой, да детский сад, да дорогу асфальтовую, глядишь, и возвратились бы сюда люди, ожила бы деревня, когда-то шумная, и жизнь текла бы новая. А потом реально подумал про себя лично — вернулся бы или нет. И пошли в его голове сомнения гулять. Да нет, все глупости, и смысла ему нет, да и здоровье не то, пусть юн молодые фермеры пробуют.
Тряхнул башкой своей полысевшей, отгоняя дурные мысли, прикинул расхристанную без хозяйского глаза дверь, посмот-рел на гвоздь, что вбил когда-то пацаном в дубовую дверь, потрогал пальцем и пошел с Алехой прочь.
А хозяюшки в запарке всю требуху промыли, кишочки для колбасы приготовили.
— Вот когда в следующий раз приедешь, угощу своею кол-басой, — пообещала Анастасия и шумнула на Екатерину. — Кончай и проводи себя в порядок.
Привели себя в порядок, клеенку, ту, что под мясом и салом была, сняли и новую положили.
— Веселее, бабоньки, — разошелся Серега после первой стопки. — Держите хвост пистолетом. Вот даст директор квартиру в новых домах, переселитесь, глядишь, мужиков подыщем вам. Это я на себя беру, и все, и никаких разго¬воров.
Бабоньки отмахивались, раскраснелись. А что, когда-то по молодости они не так уж плохо выглядели, не первыми раскрасавицами, но и не последними.
А Серега масла в огонь подливает, кому старых ухажеров напоминает, Анатасия те годочки, когда она помоложе была и не шибко на него глядела.
Предложила Анастасия работникам переночевать в избе, ме¬ста, авось, хватит, а то ненароком где в степи застрянут или метель поднимается, переживай потом за них. Но Серега от¬казался.
— Нет, — говорит, — бабоньки, улетаю я в свою теплую квартиру.
Стеганул лошадь и поехали. Хорошо хоть ночь свойская выдалась, не шумливая, не вьюжная, не особо уж тепло они одеты с Алексеем были.
И почему-то в Серегину голову мысль нехорошая пришла, а что, вдруг в последний раз он родные места посетил?
«Ну почему?» — обиделся на такую нехорошую мысль, хотя и свою, рожденную внутри, Зубков. — Что, помирать собрался? Рано пташечка запела. Еще поживем, еще небо покоптим."
И стегнул лошадь покрепче, чтобы не забывала о своей молодости, а гнала, как и прежде, не разбирая дороги. Да, видно, поизносилась, поистерлась в работе, нет прежней пры¬ти.
Деревня устала за день и крепко спала, когда они ближе подъехали, и с бугра она как на ладони, только по скотным дворам кое-где лампочки светились да на столбах фонари кру¬гами яркими покачивались.
И грустно сделалось Сереге Зубкову, что скоро совсем ни¬кому не нужен будет. Выйдет на пенсию и будет на диване
отлеживаться за всю свою бурную жизнь. Да только вряд ли отлежишься за всю жизнь сразу, терпения не хватит.
Только стали подъезжать к конюшне, как разные шорохи ненормальные почуял Серега, лошадь заволновалась, напряг-лась и заржала. Какая-то с другого конца откликнулась, и словно кто-то оборвал ее ржание.
— Эй, эй, кто там, — вскрикнул от своих дум Серега. Кто-то пробежал в ту сторону, чуть не сбив его, Серегу,
фронтового разведчика, крепыша.
Он напружинился, поискал а соломе нож, но его не оказалось. Немой улыбался, и улыбка его при бледном освещении дальнего фонаря показалась Сергею странной. Тот подмигнул, показал нож Сереге и помахал перед ним, мол, не надо, управлюсь сам.
Бежать следом за немым было трудно. Сереге стало ясно, кто-то уводил лошадей, ясно, что не кататься, это не лето, значит, или на продажу цыганам, или на мясо.
Не успел добежать до угла конюшни, за которой начинался лог и вел к Вислому лесу, как грохнул выстрел, кто-то крик¬нул, потом кто-то и Серегу гвозданул по голове, он упал и замер оглушенный.
Когда пришел в себя, то он лежал на кровати. В стороне на табуретке у печки сидел с обрезом Лешка и улыбался. Лоб у него перевязан тряпкой, маленькая капля крови пол¬зла по щеке и застыла. Жена, вся в слезах, растирала само¬гонкой ноги, слегка обмороженные, видно, когда Серега лежал на снегу.
В общем, Серега чувствовал себя неважнецки. Лешка пытался что-то объяснить, показывал обрез, на себя, видно, — в него стреляли: потом — взмах рукой, в которой, вероятно, был нож.
— Ничего себе, — дошло до Сереги. — Это же у него в руке нож был.
И попросил подойти Лешку поближе, пытаясь узнать, не пырнул ли тот кого насмерть вгорячах. '
Вроде бы нет, объяснил, что все четверо ушли и отобрал он вот этот обрез, а поранил кого-то из них слегка.
И Сереге Зубкову стало тоскливо, когда он понял, что нож все-таки погулял в чужих руках, да к тому же остался на том месте, где завтра, возможно, побывает милиция. А найдут — наверняка будут таскать. Глядишь, так и загремишь кое-куда, не отвертишься.
Но сколько ни лазил на том месте рано утром, все без толку.
Немого и Серегу потом благодарили в конторе за отбитых у воров лошадей. Милиция пыталась выяснить у Зубкова, кто же ночью был, но тот ссылался на головную боль и на то, что память отбили капитально. И, к счастью Сереги, никто из раненных Лешкой так и не обращался в ближайший мед¬пункт. Значит — кто-то из дальних, может быть, из соседней области, и, наверное, жив.
По весне снег растаял и Лешка нашел нож. Но Серега Зубков особой радости уже не испытывал. Кода немой ушел, то смазал нож солидолом, завернул в тряпку, крепко замотал шпагатом и бросил в старый заросший колодец, от греха подальше.
С тех пор Серега Зубков свиней больше не режет по чужим дворам, разве только когда в своем доме нужда в этом появится. Кто знает, почему человек от верного заработка и уважения к себе отказался? Может, твердости в руках прежней больше не чувствовал, а может, устал он от кровушки алой, которой в жизни вдоволь насмотрелся, и по своей воле, и по чужой…
… На живых порыжели от крови и глины шинели,
на могилах у мертвых расцвели голубые цветы… Семен Гудзенко МОЕ ПОКОЛЕНИЕ
Пробитый пулей партийный билет (№ 2535823) советского политрука Андрея Андреевича Никулина. А.А. Никулин — 1911 года рождения. Уроженец Кустанайской области Казахстана. ЭТО ЖИВОЕ НАПОМИНАНИЕ ВЛАСОВЦАМ ЗАХВАТИВШИМ ВЛАСТЬ В РОССИИ В РЕЗУЛЬТАТЕ ГОСПЕРЕВОРОТА В 91-93-м годах, КТО ИМЕННО ПОБЕДИЛ ГИТЛЕРОВЦЕВ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ 1941-45-годах. ПОБЕДИЛ СОВЕТСКИЙ НАРОД ПОД РУКОВОДСТВОМ КОММУНИСТОВ -ЛЕНИНЦЕВ,
Семен Гудзенко МОЕ ПОКОЛЕНИЕ

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.
На живых порыжели от крови и глины шинели,
на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.

Расцвели и опали… Проходит четвертая осень.
Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят.
Мы не знали любви, не изведали счастья ремесел,
нам досталась на долю нелегкая участь солдат.

У погодков моих ни стихов, ни любви, ни покоя —
только сила и зависть. А когда мы вернемся с войны,
все долюбим сполна и напишем, ровесник, такое,
что отцами-солдатами будут гордится сыны.

Ну, а кто не вернется? Кому долюбить не придется?
Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражен?
Зарыдает ровесница, мать на пороге забьется,-
у погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жен.

Кто вернется — долюбит? Нет! Сердца на это не хватит,
и не надо погибшим, чтоб живые любили за них.
Нет мужчины в семье — нет детей, нет хозяина в хате.
Разве горю такому помогут рыданья живых?

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Кто в атаку ходил, кто делился последним куском,
Тот поймет эту правду,- она к нам в окопы и щели
приходила поспорить ворчливым, охрипшим баском.

Пусть живые запомнят, и пусть поколения знают
эту взятую с боем суровую правду солдат.
И твои костыли, и смертельная рана сквозная,
и могилы над Волгой, где тысячи юных лежат,-
это наша судьба, это с ней мы ругались и пели,
подымались в атаку и рвали над Бугом мосты.

… Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели,
Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты.

А когда мы вернемся,- а мы возвратимся с победой,
все, как черти, упрямы, как люди, живучи и злы,-
пусть нам пива наварят и мяса нажарят к обеду,
чтоб на ножках дубовых повсюду ломились столы.

Мы поклонимся в ноги родным исстрадавшимся людям,
матерей расцелуем и подруг, что дождались, любя.
Вот когда мы вернемся и победу штыками добудем —
все долюбим, ровесник, и работу найдем для себя.

1945
Фальшивка ущербного бандеровца Хомута лизуна прошмандовки Собчак.Злобный недоумок (Виктор Буряков 22.05.2018 09:06 #

Наденька мы с тобой!!! )
Фальшивка ущербного Хомута.(Виктор Буряков 22.05.2018 09:18 #Любимый наш человек с лучезарной улыбкой франкенштейна )
Любимый наш человек с лучезарной улыбкой франкенштейна

ГРУДИНИН МЕТИЛ В ПРЕЗИДЕНТЫ, НО ТЕПЕРЬ МОЖЕТ ПОПАСТЬ НА НАРЫ

Грудинин метил в президенты, но теперь может попасть на нары

Экс-кандидат Павел Грудинин после президентских выборов находится в положении крысы, загнанной в угол. Он был в нем и раньше, положение с годами лишь усугублялось.

Грудинин прекрасно себя чувствовал все 90-е годы, дружил с бывшим губернатором Московской области Борисом Громовым, совершал махинации с землей и накопил в своем шкафу огромное число скелетов в виде счетов, вилл и прочего. А дальше случилось непоправимое. Губернатором Подмосковья стал Андрей Воробьев – и сильно ограничил возможности Грудинина распоряжаться землей, переводя ее из сельхозназначения в разряд коммерческий. Так накрылся весь бизнес Грудинина.

А дальше – хуже: начали подбираться к старым делам, налоговым и прочим нарушениям. Тогда Грудинин понял, что у него земля горит под ногами, и начал бегать то к Жириновскому, то к Зюганову, решил, что найдет себе спасение в политике. Тем более если пойдет ва-банк – на президентские выборы. «Как же меня потом, целого кандидата в президенты, за которого проголосовали миллионы россиян, посадят?» – думал он.

Если бы не эти выборы, ничего бы страшного с Грудининым не случилось: начались бы налоговые проверки, он бы оспаривал, доказывал и, может даже, решил бы свои проблемы. Но раз уж он сунулся на выборы, да еще начал вырываться вперед – все эти его скелеты и посыпались.

И теперь власть не может сама себя дискредитировать. Во время кампании она говорила: «Грудинин весь в нарушениях, обманул пайщиков». Он отвечал: «Это ложь, предвыборная пропаганда!» Так вот, если Грудинина оставить в покое после выборов, кто тогда окажется прав? Грудинин. Получится, что власть и впрямь всего лишь занималась пропагандой. Поэтому для власти сейчас дело чести доказать, что он как минимум подозревается в преступлениях, и разобраться в историях с продажами земли, законностью получения доходов и заграничных счетов.

А также разобраться с его депутатским мандатом, поскольку он должен был предоставить свои декларации, когда избирался депутатом в Видном; а теперь получается, что данные его недостоверны. Вывод: надо лишить его за это мандата.

Еще возникли проблемы с его ЗАО «Совхоз имени Ленина». Сегодня может быть реанимировано старое уголовное дело, которое Грудинин как-то закрыл, пользуясь связями в громовской администрации. Вполне возможно, что ЗАО было создано незаконно: были, например, фальшивые подписи людей, которые в этом не участвовали. Об этом уже есть данные почерковедческой экспертизы.

И если окажется, что сделки Грудинина по земле незаконны, то и построенные на ней торговые центры «Вегас», IKEA, «Леруа Мерлен» и прочие – тоже вне закона. Для юристов тут работы непочатый край – года на два или три хватит.

Как поведет себя в этой ситуации Грудинин? Он может сбежать на Запад и попросить политическое убежище, а может попытаться вновь повысить ставку – пойти на выборы губернатора Подмосковья. Дескать пусть от него отстанут с налогами и прочим, а он за это согласится проиграть.

Но скорей всего никто с ним в эти игрушки больше играть не будет. У него и так сейчас огромное количество финансовых проблем. Думаю, к нему уж приходит тот же Араз Агаларов, который у него купил земли под торговые центры, и говорит: «Слушай, Паша, а зачем мне все это надо было? Я тебе деньги платил, а оказывается, ты непонятно чем владеешь. Ты сам влез и меня вовлек…»

Думаю, и другие люди будут предъявлять похожие претензии. Как Грудинин попытается эти проблемы решить? Где-то будет платить отступные, где-то возвращать паи людям. Но так просто это все не кончится. Правоохранительная машина как каток: медленная, но неминуемая. Если есть иски в судах, то в них будут разбираться.

Я вообще считаю, что это была ошибка Грудинина – лезть в большую политику. И вся его жизнь – череда ошибок. Он, на мой взгляд, совершал массу деяний, носящих признаки преступлений, при этом думал, что окажется весь в орденах, в почете и славе. Но пока все клонится к иному.
А я и жалею и зову и плачу: УБЕРИТЕ ГОРЫ МУСОРА С ул. ФОМИЧЕВОЙ!
Хоть кто -нибудь — хоть, Липецкая компания, хоть. Данковская!
Когда же вы договоритесь? Надоели ГОРЫ мусора! Сталина на вас нет, сейчас бы враз договорились.
Наденька мы с тобой!!!

Кто такая Надежда Савченко? Попробую объяснить. Понимаю, что бессмысленно что-то объяснять тем, кто, эксплуатируя тему «свобода Савченко!», отрабатывает гигантские гонорары. Как и тем, кто совсем уже перешел в зомбированную биомассу, убивающую людей с криком «Слава Украине». Но есть миллионы просто обманутых, как в России и Украине, так и на Западе. И вот именно для них этот материал. Именно для них я, практически, полностью привожу расследование моих коллег о том, кем же в действительности является обвиняемая в убийствах Надежда Викторовна Савченко, 1981 года рождения.

«На днях Надежде Савченко было предъявлено обвинение в окончательной редакции. Участнице конфликта на Донбассе вменяется пособничество в убийстве 2-х и более лиц, пособничество в покушении на убийство 2-х и более лиц общеопасным способом, по мотивам политической ненависти, совершенное группой лиц, а также незаконное пересечение границы РФ.

Следственный комитет окончательно определился с квалификацией преступлений.

Сотрудники СК установили, что летом прошлого года, находясь на Донбассе на территории Луганска, Надежда Савченко передала украинским боевикам координаты журналистов ВГТРК и других гражданских лиц. В результате ее действий погибли российские журналисты Игорь Корнелюк и Антон Волошин. После чего Савченко под видом беженки незаконно пересекла границу Российской Федерации.

Вот как прокомментировал ситуацию официальный представитель СК Владимир Маркин:

«У следствия есть неопровержимые доказательства в виде собственноручных записей Савченко, подтверждающих ее причастность к корректировке огня, данные баллистической экспертизы фрагментов осколков, изъятых из тел погибших, и фото- и видеоматериалы места гибели журналистов, в том числе непосредственно артиллерийского обстрела, а также данные, полученные с космических спутников. Все эти доказательства представлены следствием для проведения ситуационной судебной экспертизы. Это лишь часть доказательств, которые в совокупности с другими будут представлены суду. В ближайшее время материалы уголовного дела в отношении Савченко будут выделены в отдельное производство из общего уголовного дела о применении запрещенных средств и методов ведения войны для завершения расследования, предоставления сторонам для ознакомления и последующей передачи в суд».

Сухие строчки! А ведь это целая «герой Украины», депутат, член делегации в ПАСЕ…

Из-за ее ареста Верховная Рада Украины даже рекомендовала украинскому Совбезу ввести санкции против самого Владимира Путина! Правда, это решение с правовой точки зрения абсурдно и, скорее всего, представляет собой, по замечанию Дмитрия Пескова, «пустышку» (в виду того, что сложно представить себе механизмы его практической реализации), но звучит то как!

Но как эта ситуация вообще могла стать реальной? По мнению автора этих строк, всему виною — украинская медицина…

Нашей «героине» — 34 года. Родилась она в 1981 году в Киеве. О ранних годах ее жизни мы знаем немного. Известно только, что школу она уже закончила с вполне женственной специальностью — дизайнера-модельера. А затем якобы поступила на факультет журналистики одного из самых престижных ВУЗов страны — Киевского национального университета имени Шевченко. И тут нас ждет первая странность. После первого года обучения Надежда при невыясненных обстоятельствах из университета уходит. Учитывая, что диплом КНУ сам по себе является на Украине пропуском в успешное будущее, а учеба на журфаке — достаточно интересна, никто просто так с него уходить не будет. Поэтому с вероятностью 99% можно предположить два варианта — или Надежду «попросили», или, если она ушла сама, ее поведение уже тогда было достаточно странным.

Оставив ВУЗ, Савченко подписывает контракт на службу солдатом Вооруженных сил Украина — став радистом в Железнодорожных войсках (якобы для того, чтобы впоследствии иметь возможность учиться в военном ВУЗе). Но служба ей не нравится, и она переходит в знаменитую 95 аэромобильную (десантную) бригаду. Об этом переходе Савченко любит рассказывать с драматическими подробностями:

«Приезжаю в Житомир. В пальто из ламы, волосы длинные… – вся такая стильная («в свободное от поступления в летчицы время» я выучилась на модельера). Командир смотрит на меня с усмешкой и говорит: «Сможешь 15 км в полной амуниции и рюкзаком весом в 15 кг пробежать и от солдат не отстать – возьму». Он думал, что я затею оставлю. Я переоделась и побежала. Несла при этом гранатомет, который обычно переносят трое солдат. Все думали, что я сдамся. В самом конце командир дал еще задание. Снова надо было бежать, но уже без груза. У меня рот пересох, а дождь только прошел – вот я зачерпнула ладонями воду из лужи, попила и побежала дальше. Догнала роту. Больше никто вопросов мне никаких не задавал после этого. Меня за женщину там перестали считать»…

История способна вызвать хохот у любого человека, знакомого с армейскими реалиями. Никто бы не заставил в обычном украинском аэромобильном подразделении девушку без подготовки и не находящуюся даже в штате бежать 20 — 30 километров да еще и с полной выкладкой и гранатометом. От такой неожиданной нагрузки без подготовки может умереть даже молодой мужчина. Про женщину — и говорить нечего. Нужны ли командиру были труп, увольнение, суд, тюрьма? Думаю — нет.

Более того, гранатомет, который «обычно трое солдат несут» — это, скорее всего, СПГ-9, а расчет которого входит 4 человека и который часто действительно переносят втроем. Так вот, его масса достигает с ночным прицелом 57,6 кг. Получается, что совокупный вес гранатомета и выкладки был, скорее всего, больше веса самой Савченко! Кто-то поверит в фантастический анекдот, чтобы «украинская ремба» пробежала так 15 километров, а потом еще сколько-то??? Ну разве что, если ранец у нее был реактивный, для межгалактических путешествий.

Вариантов тут только два. Или Савченко считает всех, кому она рассказывает этот бред — идиотами. Или она сама верит в эти больные фантазии — а, значит, совершенно неадекватна.

Савченко неоднократно подчеркивала, что для нее самой большой похвалой было, когда ее сравнивали с мужчиной. Странно для женщины, правда?

Потом из состава 95-ой бригады Надежда была откомандирована в состав украинского «миротворческого» контингента в Ираке в 2004 — 2005 годах, где прослужила шесть месяцев на чисто мужской должности — стрелком 3-й роты 72-го отдельного механизированного батальона. Такой опыт тоже заставляет насторожиться. Иракская командировка — одна из весьма неоднозначных страничек в истории украинской армии.

Пьянство и разврат в украинском контингенте дошли до того, что его сотрудников… выгоняли из Ирака с позором! И об этом писали даже иностранные СМИ! Украинские военные оказались вовлечены в целый ряд контрабандных скандалов, в частности — с контрабандой валюты. Фигурантом самого громкого из них стал лично командующий украинским контингентом, под началом которого служила Надежда Савченко — по странному стечению обстоятельств — генерал-майор Сергей Савченко! Его поймали на попытке незаконно ввезти на Украину 319,5 тысяч долларов единовременно! Сначала было много громких сообщений в прессе, угроз разобраться с коррупцией. А потом… Дело на генерала передавали из одного ведомства в другое, пока в конце концов оно не было… закрыто! Журналисты говорят о том, что к данной ситуации имели отношения представители военной разведки Украины. За скобками остался вопрос о том, откуда брались у военных таких баснословные суммы (в сети пишут, что на самом деле оборот валюты был значительно больше). Некоторые пользователи анонимно рассказывают о том, что доллары — были теми самыми, которыми американцы покупали лояльность местных элит. Только потом эти купюры в итоге оказывались у миротворцев, которые обменивали их на изъятое неучтенное оружие… Правда ли это? Неизвестно, но кто может высказать более логичное предположение относительно появления у военных сотен тысяч (а, скорее, миллионов) долларов налички???

Кстати, сами задачи украинского контингента были весьма неоднозначны. Он занимался, в частности, разгоном демонстраций… В общем, место для нахождения молодой женщины — самое то!

После возвращения на Украину, Надежда Савченко по личному указанию министра обороны Украины Анатолия Гриценко (того самого, кто недавно призывал устраивать диверсии на территории России) была принята в Харьковский институт летчиков. Несмотря на протекцию самого министра, Надежду два раз отчисляли, как «непригодную к вылетам в качестве лётчика». Она потом рассказывала, что она, будучи дежурной по столовой, отказалась мыть тарелки за офицерами, так как уже считала себя представителем «летного экипажа». И за это к ней начались многочисленные придирки, а потом она была отчислена за «неуспеваемость». Восстанавливали Надежду опять по команде из министерства.

И снова — анекдот. Те, кто знают армейские реалии, те понимают, что за «немытую тарелку» курсанту, учившуюся по протекции министра, никто бы не выгнал. Ее «соученики» делились со СМИ информацией о том, что в институте Савченко проявила себя, как неадекватная «адреналиновая наркоманка», ломавшая технику. Поэтому работать с ней никто не хотел.

В итоге закончила ВУЗ она не летчиком, а штурманом. А попала служить штурманом вертолета 3-го отдельного полка армейской авиации.

И вот тут начинается самое «веселое». На Донбассе Савченко отказалась не как военнослужащая своей части. Она взяла отпуск и отправилась воевать «добровольцем» в составе… «Айдара». Забавно, при этом, что «Айдар» формально является подразделением… все тех же Вооруженных сил. Не Нацгвардии, не МВД, а именно ВСУ! Где логика? Какая разница?

Объяснение такого поведения может быть только одно. Что такого особенного в деятельности «Айдара»? В «Айдаре» можно спокойно безнаказанно пытать и убивать. Причем убивать, не издалека, как это делают вертолетчики. А вблизи, видя страдания своих жертв!

«Айдар» — одно из самых неконтролируемых в криминальном плане подразделений силовых структур Украины. На него даже регулярно жалуется генерал Москаль, которого Киев считает главой Луганской облгосадминистрации. Айдаровцы регулярно стреляют по мирному населению и сотрудникам местной милиции, грабят. По информации ДНР-ЛНР, айдаровцы причастны к пыткам и казням.

Кстати, в качестве нарукавной эмблемы и «тактической» символики айдаровцы используют символику карательной 36-ой дивизии СС «Дирлевангер», основанной педофилом-уголовником Оскаром Дирлеванегром и сформированной из числа немецких заключенных и славянских коллаборационистов. На счету этих подонков — множество карательных операций против мирного населения, в том числе, вместе с украинскими полицаями — сожжение Хатыни.

Вот что рассказывает об «Айдаре» и Савченко лично побывавший в украинском плену священник Владимир Морецкий:

«Лично она предлагала всю нашу группу сдать на органы, чтобы заработать денег. Лично она предлагала расстрелять нас, когда другие не согласились сдавать нас на органы, чтобы не тратиться на нашу доставку в СБУ. Лично она всячески пыталась нас уничтожить и лично принимала участие в садистских выходках, избивала нас с разными присказками. Ее голос я не забуду до конца дней своих».

Замечательная дама, правда?

Еще один любопытный факт. Уже будучи офицером Вооруженных сил Украины, Савченко участвовала в телешоу «Битва экстрасенсов».
Поступок сам по себе странный для действующего военного. Но еще больше веселит описание того, как к Надежде сватался иракский принц, от которого она «принимала цветы и финики». И который якобы обещал за руку и сердце Савченко 50 тысяч долларов. Кому обещал то???? Командованию????

Похоже все это на рассказы вменяемого человека?

Марш-бросок с гранатометом, питье из лужи, иракские принцы, немытые тарелки…

Вообще-то военнослужащие при приеме на службу должны проходить психиатрическую экспертизу. Летчики — особенно тщательную.

Даже невооруженным глазом видно, что Савченко никаким критериям адекватного человека не соответствует. Выполни украинские психиатры в свое время свою работу качественно — и всей этой истории не было бы (к пользе самой же Надежды). Вот такая вот ирония судьбы.

При этом, назвать Савченко невменяемой нельзя. Свои действия она прекрасно осознает, планирует. Вот ее «увлечения» и «мотивация» — это совсем другой вопрос.

Кстати, журналистские расследования показали, что именно на российских журналистов Савченко охотилась вполне осознанно. Обстрел по ее наводке был осуществлен отдельной группой. Можно ли после этого говорить о ее невиновности, требовать ее освобождения?

Некоторые ссылаются на то, что Савченко нужно освобождать «по политическим мотивам», как члена делегации ПАСЕ. Простите, с какой стати? Следователи подтвердили факт ее соучастия в особо тяжком преступлении — убийстве! Никакого официального иммунитета у нее нет. Давайте представим себе — какая-то правая партия, включает в свои списки, скажем, Брейвика. И проводит его в какой-то орган. Это будет поводом его выпустить???

Давайте вспомним британскую практику. В 1977 году в британскую тюрьму по менее тяжким обвинениям попал активист ИРА Бобби Сэндс. В 1981 году он стал, находясь в тюрьме, депутатом парламента. Его кто-то выпустил? Как бы ни так! В 1981 году он с требованиями соблюдать права заключенных объявил голодовку, в итоге которой умер. Но британские власти от своей позиции не отказались. Запад будет что-то рассказывать нам о Савченко?

По факту, пусть кто-то объяснит мне, за что мадам Савченко получила «Героя Украины», «орден Мужества»? За что стала депутатом парламента? За то, что находясь даже не в своем подразделении, скорректировала огонь своих подельников на гражданских лиц? Странные представления о героизме! Савченко, как я уже говорил, медийная персона. Пока она получает удовольствие от славы. А что будет потом?

Тем, кто рвет сегодня за нее глотки и в Киеве, и на Западе, как человек, Надежда Савченко, им не нужна. А когда пройдет медиаэффект, о ней и вовсе все забудут. Поэтому Надежде лучше отказываться от своих иллюзий, переставать воспринимать жизнь, как серию авантюр, и привыкать отвечать за свои поступки…
Хватя писать бред, бабу и без того муж бьет каждый день, весь район 2 школы слышит.))))))Таскает за космы, а сын орет благим матом, заикается)))))))
забодай тебя бешеный бык по кличке дымок витя, может новые слова выучишь, спту-ушник косноязычный
Обманули, сегодня ее там не было.По фотке искали, видать спиртного в друге-магазинке взяла.Али приболела эта солдатка.Отпишитесь, знахарки.
Выбирайте выражения мыслей… заранее, благодарен…
Ломались копья в медиавойне,
И звон мечей из интернет-ристалищ.
От взрыва пуканов шумело в голове
И всё забросано ошмётками сидалищ.
И вспоминая про Олеся Бузину,
Я понимаю: истина дороже!
Ебать, друзья, такую вот гибридную войну....,
А может лучше бы «Калибрами» по роже?!
Шедевральная характеристика тов. Бурякова В, В.!!!… междустрочие безупречно…
Спасибо, за мастерство.
Сергей Есенин
* * *
Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым.
Увяданья золотом охваченный,
Я не буду больше молодым.
Ты теперь не так уж будешь биться,
Сердце, тронутое холодком,
И страна березового ситца
Не заманит шляться босиком.
Дух бродяжий, ты все реже, реже
Расшевеливаешь пламень уст.
О, моя утраченная свежесть,
Буйство глаз и половодье чувств.
Я теперь скупее стал в желаньях,
Жизнь моя? иль ты приснилась мне?
Словно я весенней гулкой ранью
Проскакал на розовом коне.
Все мы, все мы в этом мире тленны,
Тихо льется с кленов листьев медь…
Будь же ты вовек благословенно,
Что пришло процвесть и умереть.
[1922]
Липецкие воры и жулики во власти прославились на всю Россию отсутствием элементарной дороги в 21-ом веке в селе «Сырское» — только что показали в новостях программы «Вести» на канале «Россия»…
19 мая Газета «Советская Россия». Новый состав правительства РФ
Президент России Владимир Путин одобрил представленные премьером Дмитрием Медведевым кандидатуры на посты вице-премьеров и министров.

Первым вице-премьером стал Антон Силуанов. Заместителями председателя правительства также назначили Татьяну Голикову, Алексея Гордеева, Дмитрия Козака, Виталия Мутко, Юрия Борисова, Ольгу Голодец, Максима Акимова, Юрия Трутнева и Константина Чуйченко.
Силуанов в ранге первого вице-премьера будет курировать финансово-экономический блок, Голикова – соцблок, Гордеев – АПК, Козак – промышленность и энергетику, Мутко – строительство, Борисов – ОПК, Голодец – культуру и спорт, Акимов – цифровую экономику, транспорт и связь.
Трутнев будет полпредом в ДФО, а Чуйченко станет руководителем аппарата правительства.
Свой пост сохранили глава МИД Сергей Лавров, глава МВД Владимир Колокольцев, министр культуры Владимир Мединский, министр юстиции Александр Коновалов, министр здравоохранения Вероника Скворцова, министр обороны Сергей Шойгу, министр промышленности и торговли Денис Мантуров, министр спорта Павел Колобков, глава Мин­экономразвития Максим Орешкин, министр труда и соцзащиты Максим Топилин и глава Минэнерго Александр Новак.
Новым главой Минсельхоза стал Дмитрий Патрушев, Владимир Якушев теперь будет руководить Минстроем, а Дмитрий Кобылкин – Минприроды.
Министерство транспорта возглавит Евгений Дитрих, а Минвостокразвития – губернатор Амурской области Александр Козлов.
Также поменялся руководитель МЧС: на место Владимира Пучкова назначили Евгения Зиничева.
Главой созданного Министерства просвещения стала Ольга Васильева, а министром науки и высшего образования – Михаил Котюков.
Министром цифрового развития, связи и массовых коммуникаций (бывшее Минкомсвязи) назначили руководителя аналитического центра при правительстве Константина Носкова.
Александр Ткачев, Михаил Мень, Николай Никифоров, Владимир Пучков, Александр Хлопонин, Сергей Донской, Максим Соколов, Александр Галушка, Лев Кузнецов, Дмитрий Рогозин, Игорь Шувалов, Аркадий Дворкович, Михаил Абызов не войдут в состав нового кабмина в должностях вице-премьеров и министров.
Народная мудрость к вопросу формирования Нового Правительства России Жил был царь, у царя был двор, на дворе был кол, на колу мочало. Начинай с начала.
Яндекс.Метрика
Все права защищены. При любом использовании материалов Вести Данков прямая гиперссылка на страницу, с которой производится заимствование материала, обязательна.